Недавно проведенный опрос показал, что большинство Россиян (62 %) не хочет жить вечно. Число тех, кто надеется на Бога, сократилось на 17 %, а тех, кто надеется на свои силы — увеличилась на 14 %.  О смерти вообще не задумываются 39% опрошенных, а из тех, кто задумывался, только 15 % сказали, что «готовы» к ней.

Комментируют эксперты.

Наталья Зоркая, ведущий научный сотрудник отдела социально-политических исследований Левада-центра:

Наши наблюдения показывают, что в конце 80-х православными называли себя 13%, то в настоящее время это около 70%.

В своих опросах мы хотим также понять, в какой мере присутствует реальная религиозность человека. Насколько современный человек следует канонам, обрядам, как реализуются в его жизни принятые в православии религиозные предписания. Здесь картина возникает достаточно сложная.

Вопрос о вечной жизни был задан чтобы определить, верят ли россияне в бессмертие души. Он был задан всем гражданам, а не только православным.

Также была задана серия вопросов: «как часто вы соблюдаете религиозные предписания?», «держите ли вы пост?», «как часто причащаетесь, исповедуетесь, молитесь?», и т. д.
Выяснилось, что доля людей, которые полностью следуют церковным предписаниям, — не просто заходят в церковь поставить свечку, а участвуют в литургии хотя бы раз в месяц — очень мала (3-4%), и она не увеличивается. При этом доля людей, которые в принципе посещают церковь, постепенно растет (15%).

В предыдыщих своих опросах мы задавали вопросы: «верите ли вы в Царство Небесное?», «верите ли в Страшный Суд, в ад, в рай?», и выяснялось, что даже среди православных верят в это меньшинство.

Мы пытаемся выяснить, возрождаются ли в обществе религиозные ценности. На данный момент можно говорить только о существовании в российском обществе скорее формальной религиозности.

Протодиакон Андрей Кураев:

— Я рад, что большинство опрошенных не согласны с идеей «жить вечно», и это вполне естественно. Только глубоко религиозный человек понимает, что выражение «вечная жизнь» означает вечную жизнь в своём теле в его нынешнем состоянии, с его нынешними проблемами. И в этом случае мы имеем дело как раз с тем соблазном, от которого уберёг Господь первых людей, выдворив их из Эдемского сада для того, чтобы смерть и боль, поселившиеся в людях, не стали бы вечными.

Поэтому реакция большинства людей вполне логична. Люди не хотят, скажем, 10 млн. лет подряд ходить к дантисту и испытывать боль.
А эти 20 %, которые выбирают «вечную жизнь», скорее всего религиозные люди, которые понимают это словосочетание именно в духовном смысле, а не биологическом.

Алина Багрина, координатор исследовательской службы «Среда»:

Что значит «вечно»? А что значит «готовность к смерти»? «Да, выпил бутылку водки и готов ко всему»? Или «похоронил самого родного человека и жду встречи»? Или «Да, с рождения хожу в храм»?

Тем не менее, интересно бы посмотреть — кто они, 15% «готовых к смерти»?

Любой опрос говорит что-то и о спрашивающем. Вариант «хотел бы жить вечно» — как он соотносится с Воскресением? Да, предположим, я верующий человек и живу в сокрушении сердца и предвкушении Царствия Божьего. Но скажу ли я, что «хочу жить вечно»? Может быть да, может быть нет, может быть выберу «не знаю». В этой связи 62% «не желающих жить вечно» -это интерпретационно закрытая группа, непредсказуемая.

Тем не менее все это дает пищу для размышлений. За 6 лет заметно сократилось число выбирающих в ответ на вопрос «Сколько вы хотели бы жить?» «Сколько Бог даст»: 43% в 2007 г., 26% в 2013 г.
26% это очень, очень много. Представление о загробном существовании оказывается крайне слабо представленным в массовом сознании.

В этой связи, набирающая популярность «хочу жить до тех пор, пока буду сохранять силы и ясность ума» (34% в 2007 г., 48% в 2013 г.) — представляется закономерной. То есть «буду жить, пока сам за себя».

Ирина Рахимова, директор центра психологической поддержки «Православная семья»:

— Я пришла в Церковь на волне 90-х годов. Это было время тотального дефицита всего – и смысла жизни в том числе, но в то же время это был необыкновенный подъем. Люди горячо вливались в церковную жизнь – это был совершенно новый для многих пласт бытия.

Сегодня на смену дефициту пришло время перенасыщения. Поэтому надеяться на Бога стали меньше. Человеку хорошо живется, ему комфортно, его со всех сторон окружает масса информации: зачем обращаться к небесам, если все под рукой?

Не могу сказать, что ощущаю, будто в Церкви стало меньше людей. Но даже по себе вижу: если раньше была серьезно погружена в церковную жизнь, изучала ее, то сейчас в жизни наступила новая фаза. Вера не угасла, нет, Бог всегда рядом, но вместе с тем появилась какая-то прохладность. Бытовуха, суета – все это засасывает и отвлекает.

Но, как пишут святые отцы, в духовной жизни есть этапы угасания и возгорания чувств. Все на свете развивается циклично. Один цикл мы прошли, сейчас вступили в другой – мы пройдем и его, и вступим на новый виток. Сознание обязательно включится. Уснуть ему не дадут, в первую очередь, наши близкие, которые уже воцерковлены или идут по пути воцерковления. И тогда мы посмотрим на них, вдохновимся их примером, и пойдем дальше.

Михаил Боков
По материалам pravmir.ru